Арабская каллиграфия

Интервью с единственным преподавателем арабской каллиграфии Ахмадом хазратом Сабировым.

 - Скажите несколько слов о себе?

 - Сам я родился в Казани 20 декабря  1964 года, после окончания школы получил техническое образование по энергетике, потом – педагогическое, на факультете истории и археологии. В исламе, алхамдулиллах (слава Всевышнему), с детства, уроки по религии получал уже в школьные годы. Ну а после открытия новых возможностей для религии пришлось работать заместителем председателя медресе «1000-летия принятия Ислама». После прошёл кратковременные курсы в аль-Азхаре (г. Каир), а с 1994 года посчастливилось участвовать в становлении медресе «Мухаммадия» и выполнять роль проректора в этом медресе. В 1995 году мы добились возвращения основного здания «Мухаммадии» и уже в 1997-м она по праву превратилась в самостоятельное и вставшее на ноги учебное заведение. После 2000 года, когда медресе уже нашло свой путь, я отдалился от должности проректора, хотя и продолжал вести некоторые дисциплины.

- Но почему именно арабская каллиграфия? Почему не другие науки, в Исламе же их много.

- Правду сказать, такие науки как сира, тафсир, фикх и т.д. преподаются в каждом исламском учебном заведении, и думаю, что не ошибусь, что и знатоков и материала по этим наукам достаточно. Но к сожалению, по тем предметам, которые преподаём мы, материалов очень и очень мало. Возможно, у нас не хватает литературы, или же этому не уделяется должное внимание, также отличие нашей нынешней письменности тоже осложняет изучение. Из-за всего этого значимость каллиграфии, на первый взгляд и не заметна, и только за 2 сессии очень сложно вникнуть в её тонкости, но цель ставится пробудить интерес у самих шакирдов и повышение уровня интеллектуального развития, я бы даже сказал прозрения души. По арабской письменности, пусть даже и поверхностно, составлена своя программа, и шакирдам даются задания в виде творческих работ, с целью привлечь их внимание к этому предмету. Эта дисциплина преподавалась уже с начала работы медресе «Мухаммадия». Когда мы начинали вести эти уроки, мы не ставили планы преподавать их продолжительно. Мы ожидали, что после нашего, хоть и немногого, труда, появятся такие учителя, такие преподаватели, которые смогли бы понести всю тяжесть этого направления на своих сильных плечах, но к сожаленью, таких людей до сих пор нет.

- По-моему, чтобы заниматься каллиграфией, нужен талант в самом человеке, а как вы считаете?

- Я бы не осмелился сказать, что во мне есть талант, но, во-первых, нужно желание. В человеке должен быть интерес и должна быть поставлена чёткая цель, и только в этом случае можно ожидать какого-то результата. Да, это искусство просто так, само по себе не приходит, для этого надо приложить немало стараний, усердия и сил. С другой стороны должно быть и немного таланта, хотя он почти и не важен. Есть такой афоризм: «Гений – 1 процент вдохновения и 99 процентов пота». А древние хаттаты(каллиграфы) говорили: «Умение вглядываться в основу и тонкости каждой вещи – основной принцип, а остальное — от Аллаха».

- Допустим, что кто-нибудь захочет изучить арабскую каллиграфию, какие есть на сегодняшний день возможности для этого?

- Вот здесь есть некоторые сложности. Я бы не сказал, что каллиграфию нельзя изучить самостоятельно, это возможно, но только очень трудновато. Есть много книг по каллиграфии, но для каждого пособия нужен свой учитель, т.к. в этом направлении очень много тонкостей. Естественно, смотреть и слушать преподавателя, принимать его поправки — всё это намного ускоряет процесс обучения. Я бы это сравнил с изучением Корана: на сегодняшний день мы можем взять сам Коран, книги по таджвиду, однако, если не будет учителя, вряд ли у нас будут правильное произношение и т.д. Так и каллиграфия требует своих преподавателей. Хотя у нас и есть пособия, но они не в достаточном количестве – это во-первых, а во-вторых, каждом учебнике тонкостей очень много, и поэтому если рядом с тобой будет тот, кто будет направлять тебя, естественно, всё будет намного проще.

- Я слышал, что скоро пройдёт мероприятие по арабской каллиграфии. Как оно будет проходить? Что из себя представлять?

- В мусульманских странах такие мероприятия уже проводятся, вот и наши религиозные деятели тоже решили провести нечто подобное и у нас в Казани. С моей стороны был составлен краткий проект плана его проведения. Оно должно пройти всё-таки как конкурс и мы его планируем провести к осени, но точную дату я пока сказать не могу.

- Расскажите о своих планах и целях на будущее?

- У меня же есть и другой предмет – иске имля (татарское письмо на основе арабских букв). Этот предмет тоже увлекателен. Наш национальный алфавит был на основе арабского письма, и история нашего народа связана с этой письменностью. И у меня цель  поднять эту письменность и поднять нашу тысячелетнюю историю, изучить её и преподнести своему народу. И поэтому надо, во-первых, разбудить любовь к арабскому письму, убедить в том, что это не какая-нибудь сложная письменность, а наоборот, она лёгкая. И это то письмо, на котором формировалась вся татарская литература, и кого бы мы не взяли из выдающихся татарских писателей, они все пользовались ею. К великому сожалению, за 70 лет после смены графики (1928г.), это наше сокровище начало и продолжает ныне пропадать. Даже и то, что сохранилось, мы не пользуемся этим, и наше наследие просто лежит в архивах библиотек, оставаясь до сих пор неизученным. Дай Аллах, чтобы мы смогли поднять этот клад, т.к. если погрузишься в эту пучину, то ей нет конца и края. Он ещё потребует много сил и учёных. И мы живём с надеждой, что и среди наших шакирдов найдутся такие, кто заинтересуется этой наукой, будет заниматься ею и доносить до народа. Работы, конечно, очень много и есть некоторые сложности. Во-первых, это нехватка кадров, а во-вторых, это техническая сторона: возраст большинства наших книг не менее ста лет и они, конечно же, не хранились в фондах со специальными условиями. Тем более эти книги, будучи написанными арабскими буквами, в результате борьбы против религии, в не зависимости на какую тематику они написаны, подверглись уничтожению. И даже те, которые дожили до наших дней, остаются неизученными. Мы почему-то стремимся познать чужие культуры через другие народы, оставляя тем самым свою историю. Даже религия Ислам изучается с переводов иностранных книг и, к сожаленью, из-за этого внутри нашего же народа происходят разного вида конфликты,  разногласия, и распространяются незнакомые и не подходящие для нашей земли обряды. А многие используют это, чтобы опять показать Ислам и мусульман с отрицательной стороны. Это всё из-за чего? Это из-за нашей же невежественности. Это всё почему? Мы не изучаем своё наследие, мы не знаем свою историю. Вот почему первоочередной своей задачей мы ставим донести это наследие до народа. Естественно, это дело не под силу только одному человеку, это только возможно тогда, когда всё общество обратит свой взор в этом направлении. Вот тогда и будет результат, в противном же случае, мы можем бесследно потерять и то, что имеем. Если нет у народа прошлого, нет истории, то нет у него и будущего.

- Ахмад хазрат, вот вы в каких отношениях со светским учёными, историками, которые на эту проблему смотрят с мирской точки зрения, т.е. не с религиозной?

- Чтобы решить эту проблему у нас есть один недостаток: светские учёные не могут объединиться с религиозными учёными, а религиозные — со светскими. Светские учёные, когда получали знание, они оставляли божественную часть, и наше наследие они освещали только с одной стороны. Если мы возьмём и тех и этих учёных, то видим, что они идут по краям одной и той же дороги и никак не могут объединиться. И это положение тоже из-за нашего невежества. Невежество светских учёных в том, что они религию не знают, а невежество религиозных учёных в том, что они не видят нужды изучения мирских наук, они не хотят тратить своё время на заботы об этом мире – и вот из-за этого есть такие противоречия. В этом направлении уже ведутся работы, работают специальные институты, но несмотря на это, многое так и продолжает оставаться в тени. По-моему, это из-за того, что большинство книг, написанных на исламскую тематику, мы не хотим изучать. Так вот, если мы религию не будем учить, не будем жить по ней, то какие бы средства мы не принимали, какие бы деньги на это не тратили, мы не сможем поднять свою нравственность, не сможем вывести свой народ к свету.

Беседовал Рузаль Ахмадиев.